Странный гость из лесу

 
 
Изображение Johannes Plenio с сайта Pixabay
Изображение Johannes Plenio с сайта Pixabay

Эту историю рассказал мне деревенский знакомый, Сашка. Сашка – мужичок неопределённого возраста и рода занятий, проще говоря, раздолбай. Родителей нет давно, отец у него был ветеран ВОВ, он у них последним был ребёнком, потому и вырос избалованным, да ни к какому делу не предоставленным. Пока гоняли за тунеядство, работал в колхозе скотником, а затем, когда закона не стало, перестал работать. Сейчас, даже не знаю, что с ним, жив ли.

Так вот, это самый Сашка, хоть и раздолбай да выпить любитель, тем не менее, никогда во вранье замечен не был, и сроду не жаловался на галлюцинации.

Потому я ему и поверил.

Дело было в конце 80-х. Сашка с напарником поехали на дальние выпаса, за шестнадцать километров от деревни. Приняли смену, прошла дойка, бабы домой уехали на автобусе. Остались мужики одни. Скучно, надо бы выпить. А как выпить? Способ один – набрать зерна и продать в соседней деревне, обменять на самогон. Быстренько нагрузили два куля, закинули на телегу, и товарищ двинулся в соседнюю деревню, по известному всем скотникам адресу. Сашка один остался.

Здесь надо немного отступить, немного описать местность. Летняя дойка, как её называли, находилась на большом лугу, который с трёх сторон окружал смешанный лес, довольно большой. А с востока находилась хорошо отсыпанная дорога между центральным селом и одной из деревень.

Сидит себе Сашка в балке – вагончике, товарища ждёт, закуску нехитрую режет – сало, огурцы, помидоры. Коровы в загоне томятся, собаки под вагончиком. Вдруг слышит – будто кто через кусты черёмухи ломится, со стороны леса. Большой, грузный, сучья ломаются. Хотел было выйти, посмотреть, да коровы в загоне, как с ума сошли, замычали на разные голоса. Собаки, заскулив, исчезли в неизвестном направлении (он только утром вернулись, на следующий день). А на самого Сашку страх напал, да такой, что он заперся в балке, да притих в углу, боясь даже в окно посмотреть.

Между тем, этот кто-то пролез через кусты и подошёл к вагончику. Сашка видел, как повернулась ручка двери, но не открылась. Хотя, там крючок был хлипенький, самодельный, из гвоздя, его без труда рывком сорвать можно было. Но, странному гостю, видимо, ни к чему ему был мужик.

Сашка, было, успокоился, как вдруг сильный удар в стену вагончика заставил мужика буквально подскочить на месте. Удар был такой силы, будто кто-то разбежался, и со всей мощи ударил в стену ногой. Затем странный гость, пыхтя и сопя, обошёл вагончик, и ударил с другой стороны, да так, что с импровизированного столика слетела железная эмалированная кружка. Затем гость обошёл вагончик ещё раз, и ушёл. Мужик же, испугавшись, не выходил из балка до тех пор, пока товарищ не приехал. И говорить смог только тогда, когда тот чуть не влил другу полстакана самогона.

-Саш, а ты трезвый был? – спросил я мужика, услышав эту историю.

-Запомни на всю жизнь – ответил он мне. – Пьяному человеку никогда ничего не кажется, и не видится. Только с похмелья, и то не всем. Это я тебе, как алкаш говорю, да и любой медик подтвердит. Меня, и то «белка» не посещала ни разу. А тогда, я неделю до того даже не нюхал водки. Какое уж тут видение?

-Может, медведь?

-Откуда? До тайги двести вёрст, через реку. Осенью ещё ладно, они шарахаются везде, но не в июне же. Да даже если и медведь, то пёс мой его не испугался бы никогда. Он с отцом ходил и на мишку, и на сохатого. А так, заскулил, и умотал куда-то на всю ночь.
И, вот что ещё помню – запах звериный. Его даже Егорка, напарник, почуял. Сильный запах, до утра не уходил.

Вот такая история от простого деревенского мужичка. Что это было – так и не разобрались, но Сашка уверен, что не зверь.

Источник ➝

Если кот предупреждает, то к нему стоит прислушаться. Потому что кот знает

Поругавшись с хозяйкой салона, Светлана решила принимать клиентов у себя дома. Оборудовала для маникюра уголок в своей комнате и дала объявление.

Женщины с удовольствием к ней ходили. Брала Светлана недорого, а делала "ногти" быстро и качественно. Вместе с ней принимал гостей и большой кот Франт.

Встретив клиентку, он галантно провожал ее до кресла, а потом уходил на свою лежанку, никому не мешал и лишь лениво поглядывал на эту женскую суету.

Но однажды, в вежливом "швейцаре" что-то сломалось.

Новая клиентка словно привела его в ужас. Франт испугался, но тем не менее не убежал, а наоборот, старался не пускать женщину в их квартиру.

Кот шипел и угрожающе размахивал лапой. Он "пританцовывал" на цыпочках, выгнув спину. Близко не приближаясь, он всячески старался запугать. Пришлось хозяйке запереть его на кухне, но и там кот дико завывал и ломился в закрытую дверь.

Извинившись перед клиенткой, Света обещала ей хорошую скидку... Но та, поджав тонкие губы, всем свои видом выражала высокомерие и недовольство. Гоняла девушку то за водой, то за свежим журналом. А потом, снисходительно взглянув на проделанную работу, заявила, что ноги ее тут больше не будет.

Проводив ее, Света выпустила кота. Тот вырвался из кухни взволнованный, со взъерошенной шерстью и тщательно обошел всю квартиру, словно желая убедиться, что той женщины больше тут нет.

На следующий день, уже с утра, Светлана почувствовала себя паршиво. Чувствовалась слабость, сильно болела голова. Она отменила всю запись на сегодня, приняла лекарство и уснула. Но легче от этого ей не стало....

А к вечеру начались проблемы со зрением, невозможно было сфокусировать взгляд, перед глазами мелькали разноцветные пятна.

Франт встревоженно наблюдал за хозяйкой. Запрыгнул к ней на диван, начал вроде ластиться, участливо заглядывая хозяйке в лицо. А потом вдруг словно окаменел и на несколько мгновений замер.

Его вибриссы мелко вибрировали и, повинуясь их указаниям, Франт запрыгнул на спинку дивана. Кот глубоко задышал и начал мощно работать лапами, старательно что-то "раскапывая".

Светлана повернулась посмотреть, отогнала кота и нащупала воткнутую в диван булавку. С трудом вытащив ее, с удивлением стала рассматривать... Не первой свежести, слегка тронутая ржавчиной – таких дома Света никогда не держала.

Но рассмотреть толком так и не удалось. Булавку выхватил Франт и галопом умчался в уборную. Света, бросившись следом, лишь застала момент "похорон" булавки в кошачьем лотке.

Кот выглядел встревоженным... Но испуга в его глазах не было, наоборот, он словно торжествовал, что вовремя заметил угрозу. Девушка решила прислушаться к Франту и сразу же сменила наполнитель, утащив использованный на помойку в пакете.

На следующий день Светлане стало намного лучше, а вот Франт лежал на своем месте, медленно и вяло моргая, с трудом втягивая в себя воздух. Хозяйка бросилась было к телефону, чтобы вызвать ветеринара на дом, но кот вдруг встал и попросился на улицу.

Девушка подхватила кота на руки, чтобы вернуть на лежанку, но потом решила все-таки прислушаться к нему. Творилось что-то странное и только кот действовал так, как будто был уверен в своих действиях и что-то знал.

Света вынесла Франта – он, пошатываясь, долго ходил по траве, пока не нашел пучок какой-то мелкой растительности. Кот уткнулся носом в травку, немного так постоял, а потом начал ее жевать.

Девушка наблюдала за ним... Кот преображался на глазах, ему явно становилось намного лучше. Света стала рвать траву и нарвав приличный пучок, унесла котика домой.

Пока Франт ел траву, Света стала изучать объявления и начала обзванивать салоны. Больше принимать чужих людей в своей квартире она не желала. Мало ли что еще придумают конкуренты.... А то, что это они, сомневаться не приходилось.

Хозяйка подошла к Франту. Кот почти дожевал траву и в его глазах уже начинал плескаться его привычный, озорной блеск.

- В следующий раз я буду к тебе прислушиваться.

Почесывая меховой животик, сказала она коту...

- Но следующего раза, я надеюсь – не будет!

Вынутый след

 

Когда я маленькой спешила на улицу после летнего дождя, бабушка всегда кричала вслед:

- По траве ходи. Не по земле!

Трава в деревне росла высокая, густая. Потяжелевшая от влаги, она липла к ногам, оставляя холодные влажные полосы. Кожа от её прикосновений нестерпимо зудела, сильнее чем от комариного укуса.

Мы с Таткой, моей подружкой, лишний раз в траву не совались. Нравилось нам местечко за соседним домом, где плотно утрамбованная земля не разлезалась даже после сильного дождя и следы наших резиновых сапожек ровными чёткими отпечатками оставались на ней.

Мы старались наставить побольше таких отметин, воображая при этом какую-то незатейливую детскую игру.

Но от зоркого бабушкиного взгляда невозможно было укрыться – как всегда неожиданно появлялась она от калитки с веником наперевес. Ругалась беззлобно, скорее с сожалением:

- Что за неслухи такие! Сказано же – грязь не месить! Вот теперь разравнивайте веником свое творчество. Живо!

И стояла рядышком, следила до того момента, как последний чёткий след исчезал под жёсткими прутьями. От наших возмущённых протестов она только отмахивалась и приговаривала:

- Резвее. Резвее работайте. Нечего топтаться было.

Позже, когда я немного подросла, бабушка объяснила, что след человека вроде отпечатка его души. Чем ровнее он, чем чётче – тем сильнее уязвим человек перед посторонним вмешательством. Навредить ему знающий может, да так, что не исправишь потом. Некоторые, кто колдовством промышляет, специально за детскими следами охотятся. Через них они силу себе забирают, продлевают жизнь.

Через вынутый след настоящие сильные колдуны много чего могут – и приворот сделать, и болячки наслать, и человека себе подчинить, и похуже что.

И в ответ на мой недоумённый взгляд, рассказала очередную историю.

В пору бабушкиного детства (а родилась она в начале прошлого века) между хуторскими поселениями у них в крае много пролегало необжитых земель. Поэтому принято было по возможности принимать проходящих-проезжающих у себя – кому-то помочь с ночлегом, кому-то с лошадями - накормить да краткий передых им предоставить, кому-то ещё по какой надобности подсобить.

В тот раз, о котором шла речь в бабушкиной истории, зашли к ним на хутор по пути на богомолье несколько странниц.

Все благообразные. Одежда не изношенная, насколько возможно - чистая. Но у каждой – физический изъян. Самой молодой труднее всех приходилось из-за усохших ног. Передвигалась она медленно, с опорой из двух крепких посохов.

Ребятня как водится крутилась рядышком. Приглядывалась к женщинам и прислушивалась к новостям, которыми они охотно делились с хуторянами.

Незаметно речь зашла о них самих. И самая младшая из странниц рассказала свою историю.

Имя у неё было удивительное – Павлина.

Родом происходила Павлина из казачьей станицы. По соседству с её семьёй жила одна бабка. Местные недолюбливали её и боялись, всё из-за тёмных обрядов, которые та проводила. Была у той колдовки манера наблюдать из-за плетня за играми детей. И вот раз приметила Павлина, что колдовка та крутится возле того места, где они недавно бегали. Крутится, приглядывается к чему-то на земле, рассматривает, пальцем трогает. Павлина – домой, и рассказывает об своим. Мать её подхватилась сразу, на улицу кинулась и прямо к старухе – замахала руками на неё, закричала. Бабка смолчала, повернула и пошла к себе, но перед тем на Павлину зыркнула. Да так, что у той сердце дёрнулось. В тот раз не вышло у колдовки поживиться. Но отомстила она Павлине. Стали у девочки сохнуть ноги. Постепенно тонкие и высушенные, как веточки сделались. Ходила она с трудом. Бегать так и вовсе не могла больше. Всё от того, что вынула соседка её след и присушила в печи. Возили родители ее в соседнее поселение к знахарке, но та ничего не смогла сделать.

- Раньше надо было привозить, - сказала. – Пока след в печи сушился, можно было попробовать его забрать. А теперь уж поздно, ничего не изменить.

Повзрослев, Павлина прибилась к странницам и надеялась в святых местах получить избавление от напасти.

Ещё рассказывала бабушка, что в войну довелось ей повстречать одну знающую женщину. К ней многие тогда обращались – за советом, за помощью. Кто-то о судьбе близких хотел узнать, и она смотрела – где они, что с ними. Для этого наполняла миску водой и ставила перед человеком. Велела не оглядываться и молчать. Только смотреть. А сама позади держалась и нашёптывала что-то. И в воде через некоторое время показывалась картинка – кусочек из жизни, на котором можно было увидеть родственников своих.

Никому эта знахарка не отказывала и плату не брала. Говорила, что грех на ней, поэтому должна помогать людям просто так.

Постепенно сплотился вокруг неё своеобразный кружок – собирались женщины поговорить, посоветоваться, поучиться простым рецептам – настои и да травяные сборы готовить. И одна из них стала знахарке в подруги набиваться да между делом расспрашивать об обрядах разных магических и их действии.

Уединялись они. Разговаривали подолгу. А через время явилась эта женщина к знахарке и при всех заявила, что теперь она самая главная здесь станет.

- А тебе недолго осталось я след твой высушила и закопала. Ко мне теперь пойдут просители, я выгоду не упущу!

Вот только угрозы пустыми оказались. Вышел от них один пшик. А тётка та со злости скажённая сделалась. Отвернулись от неё люди.

Знахарка потом объяснила бабушке, что след остывший был да правильных слов тётка не знала, поэтому не вышло ничего.

Чтобы вынутый след «сработал», нужно, чтобы он свежий был. И желательно целым куском из земли вырезанный. Это обязательное условие, которое мало кто выполняет. А сушить его следует сразу же в печной трубе. При этом сильное желание нужно, чтобы сбылось задуманное. Вера. Ну и слова наговорные – без них не получится ничего. Они вроде ключа – пропуска для хотенья. Если хоть что-то не соблюдается – без толку все попытки.

Да только слова эти наговорные особо посвящённым ведомы.

Просто так делиться ими нельзя, огромная опасность в них таится.

Не каждый с их силой справится.

Наверное, это и к лучшему.

*картина Игоря Майкова

Картина дня

))}
Loading...
наверх