ТАЙНЫ ВСЕЛЕННОЙ

23 775 подписчиков

Свежие комментарии

  • alexander trubachev
    Тоже мне, загадочные7 самых загадочны...
  • Наталья Русина
    Автор как-то нелепо разместил картинки, прямо на тексте.7 самых загадочны...
  • рядовой швейк
    по горячим следам. Актёрский состав ещё молодой был Амаяк Акопян в роли террориста после абвгдейки вообще не заходил ...Сильные советские...

Англо-бурская война 1899—1902 гг. - 9 часть

В кавалерийских частях штатное и фактическое наличие личного состава также отличались — в эскадронах вместо 126 сабель в среднем насчитывалось 110. Значительные трудности доставляли большие потери в лошадях — так, в период марша к Кимберли 12—17 февраля некоторые полки потеряли до трети лошадей, и вынуждены были пополнять потери за счёт конфискованных у буров. Поэтому если к началу операции численность кавалерии составляла 2860 сабель, то уже к концу февраля она снизилась до 2200 сабель и только к середине марта её удалось довести до 2300—2500 сабель.

Таким образом, перед началом английского наступления в распоряжении фельдмаршала Робертса имелось около 17 500 винтовок, 2860 сабель и 3000 человек ездящей пехоты.

Англо-бурская война 1899—1902 гг. - 9 часть

В дальнейшем, за счёт прибытия пополнения, численность войск увеличилась (даже с учётом потерь) — до 19 500 винтовок, 2500 сабель, 4500 ездящей пехоты при 116 орудиях.

Стремясь повысить мобильность своих войск, Робертс решил максимально сократить армейские обозы, взяв с собой только самое необходимое. К подобному решению его подталкивали и другие соображения.

Во-первых, как многие считали, неудачи генерала Буллера были обусловлены малой подвижностью его отряда, сопровождаемого всем положенным по штату мирного времени обозом.

Во-вторых, недостаток перевозочных средств.

В-третьих, поскольку войскам предстояло движение без железной дороги по территории без всяких местных продовольственных припасов, то следовало взять с собой максимум продовольствия за счёт сокращения прочих потребностей.

В рамках подготовительных мероприятий фельдмаршал Робертс сделал следующее: весь обоз частей, не принимающих непосредственного участия в операции, был передан боевым подразделениям; во-вторых, были оставлены все палатки, что позволило сократить обоз на 180 повозок.

Главнокомандующий посчитал, что в Африке, учитывая тёплый климат, солдатам достаточно будет шинели и покрывала, из которого можно сделать импровизированную палатку. Были также расформированы бригадные продовольственные транспорты, а все имущество пехотных батальонов с двухдневным полным запасом продовольствия и фуража сокращено с 880 до 560 пудов.

Войска, избавившись от сковывавших их действия обозов, стали более подвижными, что сулило в перспективе дополнительные шансы в противоборстве с армией буров.

Глава 2

Марш на Кимберли

Потратив на сосредоточение сил и многочисленные организационные мероприятия около месяца, 11 февраля 1900 года фельдмаршал Робертс наконец начал запланированную наступательную операцию, имевшую целью освобождение от осады города Кимберли и дальнейшее продвижение в глубь Оранжевой Республики.

Этот план имел противников — так, верховный комиссар Милнер считал, что выдвижение войск на территорию Оранжевой Республики может привести к всеобщему восстанию голландского населения колонии, что будет иметь фатальные последствия.

Однако фельдмаршал Робертс рассуждал иначе:

«Положение вещей в военном отношении требует наступления и что это, без сомнения, должно благоприятно отразиться в Капской колонии и в Натале, что Кимберли следует деблокировать до конца февраля (командир гарнизона города полковник Кекевич (Kekewich) сообщил главнокомандующему, что возможности для обороны практически исчерпаны и требуется немедленная помощь — И. Д.). Вследствие освобождения этого города явится возможность располагать большей частью войск, стоящих на Моддере, а прибытие значительных подкреплений, в особенности же артиллерии, ожидаемых около 19 февраля, позволит занять границу более сильно.

Опасения, высказанные сэром Милнером, казались мне неосновательными. Конечно, предполагаемый мною способ действий представлялся до некоторой степени рискованным, но продолжительное бездействие было бы ещё более опасным» [31].

Обстановка на южноафриканском театре военных действий и распределение сил британских войск к началу наступления были следующими: в Натале буры по-прежнему безуспешно продолжали осаждать Ледисмит, а генерал Буллер с тем же успехом пытался деблокировать его; британский генерал Клементе (Clements) (сменивший генерала Френча, принявшего командование кавалерийской дивизией) у Колесберга, имея солидные силы — около 3500 пехотинцев, 1000 сабель и 22 орудия, — вёл оборонительные бои с бурами; у Стеркструма действовал отряд генерала Гатакра (около 5000 человек); два пехотных батальона (остальные пошли на формирование двух бригад, вошедших в состав пехотных дивизий) несли охрану путей сообщения

К этому времени прежний главнокомандующий, генерал Буллер, со своими войсками сумел прорвать оборону буров у Спион-Копа и захватить высоту, разделяющую их позиции на две части.

Как докладывал в Лондон фельдмаршал Робертс, генерал Буллер

«…высказывал предположение, что для того, чтобы отбросить противника к одному из его флангов и дать возможность артиллерии дебушировать на плато окрестностей Ледисмита, придётся принести в жертву от 2000 до 3000 человек, причём всё-таки нельзя быть уверенным в успехе. Поэтому генерал Буллер спрашивал меня: оправдывается ли подобный риск видами на освобождение Ледисмита. Я ему ответил в тот же день, что Ледисмит должен быть освобождён ценою даже указанных жертв. Я сильно побуждал сэра Р. Буллера быть твёрдым в его намерении наступать и предлагал ему внушить войскам, что они должны поддержать честь государства и что я рассчитываю на их успех.

9 февраля генерал Буллер донёс мне, что без новых подкреплений он не считает себя достаточно сильным для освобождения Ледисмита и что предпринятая операция представляется невозможною с войсками, которыми он располагает.

Сэр Уаррен разделял взгляд сэра Р. Буллера. Я поставил в известность последнего, что не имею ни малейшего намерения вмешиваться в его операции и что ему следует по возможности больше тревожить буров, сообразуясь с моими первоначальными инструкциями» [32].

Предоставив возможность Буллеру действовать в районе Ледисмита самостоятельно, фельдмаршал Робертс продолжил приготовления к походу на Кимберли, после чего планировалось захватить столицу буров Блумфонтейн.

11 февраля 1900 года начали своё движение авангардные части британского корпуса — кавалерийская дивизия генерала Френча и 7-я пехотная дивизия генерал-лейтенанта Таккера. Пройдя за день около 30 миль, они достигли Рамдама, так и не встретив по дороге противника.

Первое столкновение с бурами произошло лишь утром следующего дня, когда британская кавалерия подошла к реке Риет, намереваясь форсировать её у Ватерфаль-дрифта. Охранявшие броды отряды буров с артиллерией открыли огонь по приближающемуся противнику.

Оценив обстановку, генерал Френч, оставив одну бригаду, с основными силами двинулся в обход на юг. Ему удалось переправиться у Декиель-дрифта прежде, чем буры перебросили сюда подкрепления. Видя, что помещать переправе британских войск они уже не сумеют, отряды буров отошли на северо-восток, а кавалеристы достигли Ватерфаля, где и остались на ночлег.

Если дивизия генерала Френча действовала в этот день довольно успешно, то британская пехота умудрилась заблудиться и вместо Ватерфаль-дрифта вышла к Декиель-дрифту, где уже переправлялись кавалеристы. Поскольку брод был плохим, то частям 7-й пехотной дивизии пришлось располагаться на ночлег на берегу реки Риет, а не в Ватерфале, как планировалось ранее. Из-за затянувшейся переправы дивизия смогла продолжить движение только 14 февраля.

В тот же день, 12 февраля начали движение главные силы британской армии: штаб главнокомандующего фельдмаршала Робертса, 6-я пехотная дивизия и другие части.

Усвоив уроки предыдущих неудач, английские генералы стали действовать более осмотрительно. Обнаружив утром 15 февраля на северном берегу реки Моддер отряды буров, подходившие с востока, начальник кавалерийской дивизии генерал Френч решил не вступать с ними в соприкосновение, предоставив эту возможность частям подошедшей ночью 6-й пехотной дивизии, а сам, не ввязываясь в бой, обошёл позиции буров и двинулся на Кимберли.

Стараясь обезопасить себя от внезапного нападения противника, генерал Френч поручил одной из своих бригад двигаться параллельно главным силам в качестве бокового авангарда. Однако буры также не рвались в бой. За весь день 15 февраля англичане ни разу не видели неприятеля, беспрепятственно достигнув к вечеру окрестностей Кимберли. Отряды буров, осаждавшие город, не стали ввязываться в бой с подошедшими частями кавалерийской дивизии, предпочтя отойти на север.

В тот же день 15-я бригада 7-й пехотной дивизии вскоре после полудня практически без боя заняла город Якобсдаль, в котором находилось несколько госпиталей буров.

Единственной ложкой дёгтя в бочке мёда в удачный во всех отношениях день 15 февраля стало для англичан внезапное нападение довольно крупного отряда буров под командованием генерала Христиана Девета на тылы наступающей группировки британских войск.

Многочисленные обозы не успевали за быстро продвигающимися вперёд пехотными и кавалерийскими частями, поэтому в Ватерфале сосредоточился крупный транспорт — более 200 повозок, охраняли которые рота пехоты и 250 человек из бригады ездящей пехоты. В 10 часов утра отряд буров, численность которого англичане оценили в 2000 человек, внезапно атаковал Ватерфаль и после короткого боя занял город, вынудив англичан спешно отступить. В качестве трофея бурам досталось около 180 повозок с продовольствием и почти 3000 волов.

Надо заметить, что англичане сами были виноваты — этот отряд ранее пытался помешать переправе дивизии генерала Френча через реку Риет, но вынужден был отойти. Британское командование не потрудилось организовать преследование или наблюдение за противником и вскоре потеряло его из виду, позволив Девету выйти на свои тыловые коммуникации. Буры же, дождавшись ухода основных сил противника, нанесли внезапный удар по их тылам, создав массу проблем англичанам.

Узнав о внезапной вылазке неприятеля, фельдмаршал Робертс немедленно направил в Ватерфаль 14-ю бригаду, но буры уже успели скрыться вместе с богатой добычей, не став дожидаться, пока их противник опомнится и предпримет ответные действия.

Англо-бурская война 1899—1902 гг. - 9 часть

16 февраля 1900 года жители города Кимберли впервые за несколько месяцев провели без тревожного ожидания очередного обстрела осаждавших буров, отошедших на север. Деблокада Кимберли означала успешное завершение 1-го периода операции, задуманной фельдмаршалом Робертсом.

В своём очередном донесении военному министру в Лондон лорд Робертс следующим образом описывал ход событий на южноафриканском театре военных действий:

«2 февраля я получил сведения, что неприятельские отряды обнаружены приблизительно в восьми милях к западу от железной дороги, между реками Оранжевой и Моддером.

По-видимому, целью этих неприятельских отрядов было разрушение железной дороги и отыскание пастбищных мест для своего скота. Вследствие этого я приказал выступить из лагеря на Моддере генералу Макдональду с шотландскою бригадою, двумя эскадронами 9-го уланского полка, 62-ю ездящею батареею и 7-ю инженерною ротою. Этот отряд должен был, следуя по левому берегу реки, дойти до Коодесбергского брода, находившегося приблизительно в 17 милях от лагеря, и сделать вид, что занимается постройкою укреплений. Моя цель состояла в том, чтобы угрожать коммуникационной линии буров к западу от железной дороги и заставить их предположить, что я хочу привлечь их туда.

Отряд выступил в 4 часа утра, провёл ночь у Фразёрского брода и подошёл к Коодесбергскому броду 5-го числа в 2 часа пополудни. Наша кавалерия открыла неприятельских разведчиков около брода. С вечера была обрекогносцирована позиция, а 6-го утром приступили к постройке редута, место которого было выбрано на правом берегу, около брода. Между тем противник занял довольно большими силами одну высоту, находившуюся к северу от редута, на расстоянии действительного артиллерийского выстрела. Нужно было его оттуда выбить.

После довольно сильного обстреливания, шотландская бригада заняла южную часть высоты, и бой продолжался в течение целого дня как на этой высоте, так и около реки.

Так как число буров стало заметно увеличиваться, то генерал Макдональд просил подкреплений, которые были наготове для поддержания его. Генерал Бабингтон с кавалерийскою бригадою и двумя конными батареями двинулся по северному берегу к Коодесбергскому броду, куда и прибыл 7-го числа около 3 часов вечера. В этот день бой начался с рассветом и длился до ночи. Противник отступил, преследуемый кавалерией и конной артиллерией.

Для продолжительного занятия Коодесберга потребовались бы силы больше тех, которыми можно было располагать, а те войска, которые могли бы быть назначены для этого, были нужны в другом месте. Нашим войскам было приказано возвратиться в лагерь; они сделали этот переход 8-го, не будучи потревожены бурами.

Перехожу к изложению операций, предпринятых для деблокирования Кимберли.

11 февраля кавалерийская дивизия генерала Френча с семью конными и тремя ездящими батареями выступила из лагеря на Моддере в Рамдан. 7-я пехотная дивизия (генерал Таккер) пришла туда же, выступив со станций Энслин и Граспан. 12 февраля я отправился в Рамдан; того же числа кавалерийская дивизия перешла на р. Риету, заняла, после небольшого сопротивления буров, Де-Кильский и Ватервальский броды и выслала свои разъезды к северу от реки.

7-я дивизия пришла к Де-Кильскому броду, а 6-я дивизия (генерал Келли-Кенни), перевезённая по железной дороге в Энслин и Граспан, заняла вместо 7-й дивизии Рамдан. 13-го числа кавалерийская дивизия подошла к Моддеру и овладела Рондевальским и Клипским бродами, в то время, когда 6-я дивизия переходила из Рамдана к Ватервальскому броду на р. Риете.

9-я дивизия (генерал сэр Кольвиль) в тот же день пришла в Рамдан в то время, как 7-я дивизия переправляла обозы по Де-Кильскому броду, у которого я поставил свою главную квартиру. 14-я кавалерийская дивизия производила разведки к северу от р. Моддера; 6-я дивизия спустилась вдоль Риеты, от Ватервальскаго брода к броду Вегдрей; 7-я дивизия перешла от Де-Кильскаго к Ватервальскому броду, а 9-я — от Рамдана к Ватервальскому броду. Там же я поставил мою главную квартиру.

За несколько времени перед тем я приказал произвести демонстрацию к востоку от станций «Река Оранжевая», для того, чтобы привлечь сюда внимание противника и заставить его думать, что я намереваюсь идти на Блемфонтейн и Форесмит.

У брода Зутпан были собраны, под начальством полковника Ганнэ, значительные силы кавалерии и конной пехоты, которым было приказано выступить 11 февраля на соединение с кавалерийскою дивизией. У Вольвескраальского брода полковник Ганнэ наткнулся на противника, расположившегося на холмах, против его правого фланга. Искусно маневрируя, он удержал противника на месте частью своих сил, а в это время провёл обозы и главные силы в Рамдан.

14 февраля вечером 6-я дивизия пришла на Моддер к Рондевальскому броду, а 7-я — к Вегдрей на р. Риете. В тот же день часть 6-й дивизии вступила в Якобсдаль, оставленный противником. По войскам, когда они подходили к месту их бивака, был открыт ружейный огонь. Чтобы прогнать противника, был выслан отряд, который имел с ним дело и отступил к ночи, потеряв восемь человек убитыми и ранеными. 15-го я перешёл с 9-ю дивизией с Ватервальскаго к Вегдрейскому броду.

14-го днём я указал генералу Келли-Кенни, что было бы полезно поддержать генерала Френча для того, чтобы кавалерия могла продвинуться вперёд ещё дальше. Несмотря на длинный и трудный переход, совершенный в течение дня 6-ю дивизией, она выступила снова ночью и пришла к Клипскому броду 15 февраля до рассвета.

Получив свободу действий вследствие прибытия 6-й дивизии, генерал Френч в 9 ч. 30 м. утра выступил на Кимберли. Противник, у которого явились подозрения, занимал две линии высот в нескольких милях к северу от реки Моддер, причём перехватывал дорогу на Кимберли, опираясь на Абонс-Дам и Олифантефонтейн. Генерал Френч приказал группам конной артиллерии подполковников Еусташа и Рошфора открыть огонь по этим высотам и сопровождать его 1-й кавалерийской бригаде (полковник Портер). 2-ю и 3-ю кавалерийские бригады (генералы Брэдвуд и Гордон) и группу конной артиллерии полковника Давидсона он построил в разомкнутый боевой порядок и прошёл с ними через дефиле галопом. Он занял несколько холмов, откуда прикрыл движение других частей. Он потерял одного офицера убитым и 20 нижних чинов ранеными.

Жители Кимберли оказались в добром здоровье и прекрасном настроении духа. 16-го числа 6-я дивизия пришла к Клипскому броду и, встретив противника, отбросила его с уроном. 9-я дивизия соединилась с 7-ю в Вегдрей. От 9-й дивизии было оставлено у Ватервальского брода 200 человек конной пехоты под начальством полковника Ридлея для конвоирования до Вегдрея воловьего транспорта с продовольствием.

Вскоре после ухода 9-й дивизии, отряд буров с несколькими орудиями, который, должно быть, подошёл ночью, атаковал полковника Ридли и привёл обоз в беспорядок. Узнав об этом случае, я приказал вернуться назад около 10 часов утра отряду в составе одной ездящей батареи, одного пехотного батальона и 300 человек конной пехоты, вслед за которым несколько позже была отправлена одна батарея и один батальон. Когда эти части подошли, противник исчез.

Между тем туземные погонщики сбежали, и нам невозможно было запрячь волов. В обозе был провиант и фураж; с потерею его мы лишались значительной части наших продовольственных запасов. Тем не менее я не упустил из виду необходимости продолжать движение вперёд. Я считал, что пока обоз не будет вновь приведён в подвижное состояние, я рискую ослабить мои колонны и задержать их марш; поэтому я решил бросить повозки с продовольственными запасами и приказал войскам отступить ночью к Вегдрею. Это движение было совершено без помехи со стороны буров.

В тот же день, в 11 часов утра, я приказал генералу 7-й дивизии Вавелю перейти с его бригадою в Якобсдаль; при своём движении он встретил со стороны неприятеля небольшое сопротивление. В городском госпитале были найдены раненые и взятые в плен накануне офицеры и нижние чины, а также некоторое число других раненых англичан и буров. Они пользовались прекрасным уходом в немецком госпитале.

16 февраля я перевёл свою главную квартиру в Якобсдаль; я пополнил свой запас продовольствия на станции Гонейнест-Клуф и в Моддерском лагере; я приказал провести телеграфную линию между лагерем и Якобсдалем. Кавалерийская дивизия занялась преследованием противника к северу от Кимберли, а 6-й дивизии было приказано сделать то же самое на восток от Клипского брода.

Около полудня я получил донесение от лорда Метуэна о том, что Маггерсфонтейнские укрепления оставлены противником и, судя по. последним полученным донесениям, буры отступали в направлении Блумфонтейна. Я намерен преследовать их как можно настойчивее, чтобы довершить их расстройство, в котором они, по-видимому, находятся. Лорду Метуэну приказано перейти в Кимберли после того, как он исправит железную дорогу. Он должен восстановить там порядок, поставить город с его окрестностями на военное положение и принять необходимые меры для восстановления сообщений с Мефкингом» [33].

Российский военный агент, лично наблюдавший за действиями британских войск, отметил:

«Рассматривая этот период, прежде всего возникает вопрос: почему армия первые два перехода делает на восток и потом только поворачивает на север, вместо того чтобы двинуться прямо на северо-восток через Якобсдаль на Клип-дрифт. В этом случае можно было достигнуть последнего пункта на 24 и даже на 36 часов ранее. Дороги и переправы нисколько не обязывали к этому кружному движению.

Единственным объяснением этому факту может служить желание лорда Робертса в начале операции скрыть истинную цель движения. И действительно, судя по первым двум маршам, можно было думать, что армия идёт на Блумфонтейн. Что это несколько сбило с толку Кронье, мы видим из того, что он, обыкновенно хорошо осведомлённый о действиях противника, три дня бездействует и только 14-го вечером начинает отступление.

С другой стороны, казалось бы, следуй англичане прямой дорогой к Клип-дрифту, они могли отрезать Кронье путь отступления на восток (может быть, в этом случае он отступил бы на север), тогда как при настоящих обстоятельствах, как мы увидим ниже, он имел полную возможность отступить со своими силами к Блумфонтейну, если бы пожертвовал своим обозом. Если он был окружён и принуждён к сдаче, то это явилось результатом его собственных позднейших ошибок.

Марш кавалерии для освобождения Кимберли надо признать исполненным, в общем, успешно. Однако бросается в глаза величина первого перехода — 45 вёрст при самых тяжёлых условиях. Мне кажется, что именно этот первый переход, когда лошади ещё не были втянуты в работу, и надломил силы конского состава дивизии. Между тем этот переход без ущерба можно было разбить на два: 10-го вечером передвинуться к Хонейклуфу или Энслину, а 11-го в Рамдам. Начало движения на сутки раньше не могло быть обнаружено противником, потому что оно происходило в тылу своих войск» [34].

Глава 3

Англо-бурская война 1899—1902 гг. - 9 часть

Капитуляция Кронье

Освобождение Кимберли ознаменовало окончание первого этапа наступательной операции британских войск. Теперь на очереди стояла следующая задача — разгром основных сил армии бурского генерала Пита Кронье, действовавших на территории Оранжевой Республики.

Поэтому в ночь с 15 на 16 февраля фельдмаршал Робертс отдал следующие распоряжения своим войскам: генералу Френчу и его кавалерийской дивизии немедленно двинуться наперерез войскам Кронье в направлении Кудусранд-дрифта; 6-я пехотная дивизия генерал-лейтенанта Келли-Кенни должна постараться захватить Брандваллей с целью помешать бурам переправиться на южный берег реки; бригадам 9-й пехотной дивизии двигаться на Клипкраль-дрифт и Рундавель-дрифт.

В резерве командующего была оставлена 7-я пехотная дивизия, сосредоточившаяся в окрестностях Якобсдаля. 1-й дивизии приказано занять Кимберли и охранять пути сообщения британских войск.

Командовать передовыми частями был назначен начальник штаба армии лорд Китченер, немедленно отправившийся в Клип-дрифт. Начиналась большая охота англичан на генерала Кронье.

Кавалерийская дивизия генерала Френча, совершив переход почти в 40 миль, днём 17 февраля подошла к высотам к северу от реки Моддер, в непосредственной близости от лагеря, где сосредоточились основные силы генерала Кронье. Френч, обнаружив противника, решил не рисковать и не ввязываться в бой с бурами, а дождаться подхода основных сил британской армии. Поэтому кавалеристы расположились на ночлег, установив наблюдение за противником.

Пехотные дивизии англичан действовали не столь успешно. Медленно продвигаясь за отступающими отрядами буров, части 6-й и 9-й пехотных дивизий не сумели помешать переправе буров на южный берег реки, тем самым не выполнив свою главную задачу — отрезать неприятелю путь отступления на восток. И дело здесь было не только в медлительности продвижения британских солдат — буры, имевшие огромный тяжёлый обоз, тоже не отличались подвижностью, но они не упускали ни одной благоприятной возможности для нападения на противника.

Постоянные арьегардные стычки с бурами привели к тому, что англичане за три дня прошли всего около 16 миль, дав возможность противнику отойти к Паардебергскому лагерю, где уже находился генерал Кронье.

Лорд Китченер, появившись со своими частями на месте событий, решил немедленно атаковать укреплённый лагерь буров, стремясь окружить противника и не дать ему вновь уйти. С этой целью он отправил 18-ю бригаду занять берега реки к востоку от лагеря, а остальные силы бросил на штурм укреплений буров.

9-я пехотная дивизия продвигалась с запада вдоль реки (3-я бригада — левым берегом, 19-я — правым). Правее 3-й бригады шла в атаку 13-я, которую поддерживали огнём три батальона 6-й дивизии, занявшие позиции на высотах южнее лагеря. С востока вдоль реки наступали батальоны 18-й бригады. С севера путь к отступлению бурам преграждали кавалерийские части.

Однако даже имея превосходство в силах над противником, англичане действовали довольно вяло. Наблюдавший за сражением российский полковник Стахович отметил:

«Атака началась в 10 часов утра и велась обычным для англичан порядком, то есть разрозненно, вяло (чтобы не сказать боязливо), без резервов, без сосредоточения усилия (удара) на каком-нибудь одном пункте позиции.

Каждый батальон наступал в три линии (все три линии редкими цепями) в указанном ему направлении.

Буры открыли по ним огонь (у них было шесть орудий), подпустив первую линию приблизительно на 1200 шагов. Батальоны остановились, залегли, и затем бой принял неподвижный, исключительно огнестрельный характер. Ни один батальон не продвинулся к лагерю ближе 1000 шагов.

Таким образом прошёл весь день. Перед вечером батальоны были выведены из сферы огня и бивуакировали на поле сражения против своих мест в боевой линии.

Кавалерия в этот день бездействовала; к генералу Френчу прибыли из Кимберли ещё два полка 3-й бригады.

Буры, занимавшие Китченеровскую высоту, игнорируются, и ни они, ни против них ничего не предпринимается».

Так бесславно закончился штурм Паардебергского лагеря 18 февраля. Бурам удалось отбить все атаки противника. Единственным достижением англичан можно было считать полное окружение отряда Кронье, но это можно было бы сделать и без боя. Но даже этот минимальный результат был оплачен весьма высокой ценой — англичане потеряли убитыми и ранеными около 1300 человек. Больше других досталось 6-й пехотной дивизии, потери которой составили более 800 человек.

Узнав о неудачном штурме лагеря буров, фельдмаршал Робертс срочно направил в Паардеберг 14-ю бригаду с артиллерией 7-й пехотной дивизии и сам отправился к месту сражения. В 11 часов утра 19 февраля главнокомандующий появился на позициях своих войск под Паардебергом, где ознакомился с обстановкой. Его взору открылась следующая картина:

«На пространстве около 10 тысяч квадратных сажень в беспорядке стояло около ста повозок, в нескольких сотнях саженей от которых мирно паслись волы и лошади; в сильный бинокль можно было различить по краям лагеря нечто вроде окопов-траншей, где, равно как и в глубоком русле реки, видимо, укрывались буры; в лагере же не заметно было ни малейшего движения, не видно было ни одного человека».

Главнокомандующий, прибыв на поле боя, немедленно приказал отменить объявленное ранее перемирие и возобновить артиллерийский обстрел лагеря буров. Полковник Стахович, наблюдавший за действиями британских артиллеристов, не преминул отметить низкий уровень их подготовки:

«Выехав на позицию, морской офицер (командир 12-фунтового морского орудия. — И. Д.) не справился о дистанции у соседних батарей, а начал самостоятельную пристрелку, на что употребил не менее восьми снарядов; потом он вёл стрельбу (шрапнелью) без всякой системы, беспрестанно меняя цели (повозки, потом дом, затем окопы и, наконец, стал стрелять по пасущимся волам и лошадям). В результате я не видел ни одного удачного выстрела» [35].

Опасаясь больших потерь в живой силе, лорд Робертс, убедившийся в том, что буры окружены и не собираются уходить, решил покончить с противником исключительно при помощи артиллерии. Торопиться англичанам было некуда, поскольку в результате продовольственных затруднений они все равно не могли продвигаться вперёд, к Блумфонтейну.

К Паардебергскому лагерю стягивались все новые силы британской артиллерии, и 20 февраля огонь по бурам вёлся уже с двух позиций: на южном берегу разместились три полевые батареи, а на северном — три полевые и одна мортирная батареи. Артиллерийским обстрелом, начавшимся в четыре часа дня, руководил лично начальник артиллерии армии генерал-майор Маршаль, что, однако, не привело к каким-либо положительным результатам.

Тот же полковник Стахович констатировал:

«Стрельба велась весьма странно: не только батареи (мортиры и 4,7-дюймовые орудия стреляли почти исключительно лиддитом; полевые же батареи и 12-фунтовое орудие — шрапнелью) имели различные цели, но в одной и той же батарее орудия стреляли по различным предметам, кроме того, цели менялись несколько раз. Русло реки, где, несомненно, находились все буры, не обстреливалось вовсе, и за два дня я не видел ни одного снаряда, попавшего в реку. Скорость стрельбы поразительно малая — максимум семь выстрелов в минуту из 28 орудий».

Негативно оценил российский офицер и действия генерала Маршаля:

«Руководство стрельбой генерала Маршаля заключалось в том, что он до начала стрельбы объехал все батареи и дал указания, во время же бомбардировки (я всё время стоял в нескольких шагах от него) и в зависимости от достигнутых результатов он не отдал ни одного распоряжения. Трудно предположить, чтобы подобная бомбардировка имела бы моральный эффект или нанесла бы много вреда противнику».

После провала артиллерийского обстрела лагеря буров, британское командование несколько дней не предпринимало активных действий, продолжая сосредоточивать силы для решительного штурма. Уже имеющаяся в армии артиллерия была усилена осадными 6-дюймовыми мортирами, с 26 февраля приступившими к обстрелу буров.

Осада Паардербергского лагеря продолжалась десять дней, в течение которых британские войска стояли бивуаком вдоль реки, главной достопримечательностью которого было страшное зловоние, поскольку «в лагере была масса дохлых животных. Они валялись всюду — и в середине бивуаков войсковых частей, и несколько в стороне от них, и в 20 шагах от госпиталя, и в 40 шагах от лагеря главнокомандующего. Никто их не зарывал, и даже трупы почти не сдвигались в сторону с того места, где подохло животное».

Надо заметить, что англичанам по какой-то счастливой случайности удалось избежать эпидемий, поскольку никакие санитарные нормы ими не соблюдались:

 

http://modernlib.ru/books/drogovoz_igor_grigorevich/anglobur...

Картина дня

наверх