Великие исламские адмиралы Средиземного моря

Великие исламские адмиралы Средиземного моря

В предыдущих статьях «Исламские пираты Средиземного моря» и «Ученики» Хайр-ад-Дина Барбароссы» мы вспомнили об Арудже-реисе и его младшем брате Хайр-ад-Дине Барбароссе, Великом еврее из Смирны Синане-паше и Тургуте-реисе. В этой будет рассказано о некоторых других знаменитых корсарах и адмиралах Магриба и Османской империи, а также о великом сражении при Лепанто.

Преемники Барбароссы


Официальным преемником Хайр-ад-Дина Барбароссы на посту бейлербея Северной Африки первоначально был объявлен его сын Хасан (матерью которого была женщина из семьи, изгнанных из Испании евреев-сефардов).
Однако тот несерьёзно относился к союзу Порты с Францией и, вопреки воле султана, нападал на корабли этой страны. Поэтому в 1548 году он был заменён на уже известного нам Тургута-реиса. Позже Сулейман Великолепный всё-таки вернул сыну Барбароссы должность наместника Северной Африки, правда, ненадолго. В 1552 году, под предлогом того, что Хасан не предпринимает достаточных усилий для завоевания Марокко, он снова был отрешён от должности, которую занял теперь Салах-реис (Sala Reis) – получивший турецкое воспитание араб, семья которого перебралась на Эгейское побережье Турции из Александрии. Но Сулейман, видимо, питал какие-то особые чувства к семье знаменитого пирата и адмирала, потому что он назначил Хасана правителем Алжира ещё раз – в 1557 году, и снова сместил его в 1558. Наконец, он был послан в Алжир в 1562 году и оставался там до 1567, когда был отозван в Константинополь, некоторое время был командующим османским флотом и принимал участие в несчастной для Османской империи битве при Лепанто (1571 год).




Битва при Лепанто

А в Алжире его снова заменил Салах-реис.

Салах-реис


В европейских источниках его иногда называли Кейл Arraez (от арабского – «вождь»). Карьеру корсара он начинал ещё у старшего брата Барбароссы – Аруджа. Особенно прославила его битва у острова Форментера (1529 год), в которой османы разбили испанский флот адмирала Rodrigo Portundo (погибшего в бою). Салах тогда командовал 14 галиотами, его корабль захватил галеру, на которой находился сын испанского адмирала.

В 1535 году он принимал участие в защите Туниса, который атаковала 30-тысячная армия императора Карла V (об этом было рассказано в статье «Ученики» Хайр-ад-Дина Барбароссы»).

В битве при Превезе (1538 год) Салах командовал правым флангом эскадры Барбароссы (24 галеры).

Что было дальше, не совсем понятно: источники расходятся во мнениях, рассказывая о судьбе этого корсара.

Некоторые турецкие авторы утверждают, что в 1540 году Салах находился на Корсике с Тургутом-реисом, вместе с ним попал в плен к генуэзцам, и вместе с ним был выкуплен Барбароссой в 1544 году (смотрите статью «Ученики» Хайр-ад-Дина Барбароссы). А европейцы говорят, что в 1543 году Салах находился в эскадре Барбароссы и участвовал в нападении на побережье Испании. Но дальше разночтений уже нет.

В 1548 г. Салах, командуя 18 галиотами, напал на сицилийский город Капо-Пассеро, после чего присоединился к Тургуту-реису, их объединённые эскадры атаковали остров Гоцо.

Осенью 1550 года посланники адмирала Андреа Дориа предлагали Салаху перейти на испанскую службу – успеха эти переговоры не имели.

В 1551 году он участвовал в завоевании Триполи (вместе с Тургутом-реисом и Синаном-пашой). В следующем году присоединился к Тургуту-реису, и, вместе с ним, атаковал побережья Италии в Неаполитанском заливе и в регионах Лацио и Тоскана, затем – самостоятельно захватил остров Майорка.

В 1555 году Салах, во главе эскадры из 22 галер, действовал против Испании в союзе с французами, и, после возвращения в Константинополь, был удостоен аудиенции у султана. Он дважды неудачно пытался захватить Оман – в 1556 году самостоятельно и в 1563 году вместе с Тургутом-реисом.

В 1565 году Салах принимал участие в Великой осаде Мальты (во время которой у форта святого Эльма был смертельно ранен Тургут-реис) – во главе 15 тысяч солдат он штурмовал форт святого Михаила.



В конце концов, как мы уже говорили, Салах-реис был назначен бейлербеем Северной Африки, но, вскоре умер от чумы – в 1568 году.

Курдоглу-реис


Об этом адмирале мы уже говорили в первой статье, когда рассказывали о поражении госпитальеров на острове Родос. Kurtoğlu Muslihiddin Reis был уроженцем Анатолии. В 1508 году он, в обмен на пятую долю добычи, получил разрешение сделать базой своей эскадры Бизерту. Одной из первых громких его операций стало нападение на побережье Лигурии, в котором участвовало 30 судов. В 1509 году он во главе эскадры из 17 кораблей принимал участие в неудачной осаде Родоса, на обратном пути ему удалось захватить папскую галеру. В 1510 году по очереди захватил два острова – венецианский Андрос и генуэзский Хиос, взяв на обоих неплохой выкуп.

С 1510 по 1514 гг. он действовал в районе между Сицилией, Сардинией и Калабрии, по свидетельству современников, почти парализовав там торговое судоходство.


Лоренцо Кастро. «Морской бой с берберийскими корсарами»

В 1516 году принял предложение султана перейти на турецкую службу. Тогда же он и получил звание «реис».

Курдоглу-реис принял участие в походе на Египет, со своими кораблями дошёл от Александрии до Каира, после победы был назначен командующим Египетского флота, который под его руководством был переведён в Суэц и стал флотом Индийского океана. Адмиралом этого флота позже стал его сын Хизир (названый в честь Хайр-ад-Дина Барбароссы), который водил свои корабли даже к Суматре.

Вернувшись на Средиземное море, Курдоглу-реис действовал в тесном контакте с Пири-реисом, совместно с ним патрулируя Эгейское море между островами Имврос (Гёкчеада) и Хиос. Затем он участвовал в походе на Родос, закончившемся изгнанием оттуда госпитальеров. Именно Курдоглу-реис был назначен санджакбеем завоёванного Родоса. В марте 1524 г. ему было поручено подавить мятеж янычаров в Александрии, что он и выполнил – в апреле того года. И уже в августе, командуя эскадрой из 18 судов, разорил побережья Апулии и Сицилии и захватил 8 кораблей.

В мае 1525 года Курдоглу-реис взял на абордаж 4 венецианских судна у острова Крит, в августе – прибыл в Константинополь, где получил от Сулеймана I три больших корабля и десять галер с приказом противостоять на море рыцарям-госпитальерам и «христианским пиратам».


Оттоманские галеры в XVI столетии

Начиная с 1530 года он, базируясь на Родосе, действовал, в основном, против Венеции.

Умер Курдоглу-реис в 1535 году.

Итальянский герой Магриба и Османской империи


Уже упоминавшийся нами в статье Ученики Хайр-ад-Дина Барбароссы Улудж Али (Улуч Али, Кылыч Али-паша) с рождения носил имя Джованни Диониджи Галени.


Kılıç Ali Pasha (Occhiali), Italian Origin Grand Admiral of the Ottoman

Он родился в 1519 году в калабрийской деревне Ле Кастелла и в возрасте 17 лет, во время набега берберийских пиратов, был взят в плен Али Ахмедом – одним из капитанов знаменитого Хайр-ад-Дина Барбароссы. На протяжении нескольких лет он был рабом на пиратской галере – пока не принял Ислам, став, таким образом, членом команды. Корсаром он оказался очень лихим – настолько, что произвёл хорошее впечатление на самого Тургута-реиса, да и турецкий адмирал Пийале-паша был о нём весьма лестного мнения. Уже в 1550 году Улудж Али занял пост губернатора острова Самос, к 1565 году дослужился до бейлербея Александрии.


Александрия на одной из карт «Книги морей» Пири-реиса

Он участвовал в осаде Мальты, во время которой погиб Тургут, и занял его место в Триполи. В должности паши Триполитании возглавлял нападения на берега Сицилии и Калабрии, грабил окрестности Неаполя. В 1568 году был «повышен в должности», став бейлербеем и пашой Алжира. В октябре 1569 года он изгнал из Туниса султана Хамида из династии Хафсидов. В том же году он разгромил эскадру из 5 галер ордена Госпитальеров: 4 были взяты на абордаж, адмиралу Франсиско де Сант-Клемент удалось уйти на пятой – чтобы быть казнённым на Мальте за трусость.

В 1571 году Улудж-Али принял участие в одном из самых великих морских сражений мировой истории.

Сражение при Лепанто


Историки считают битву при Лепанто одним из четырёх крупнейших морских сражений Мировой истории и последним крупным сражением эпохи гребного флота. Христианский флот Священной лиги состоял из 206 галер (108 венецианских, 81 испанских, 3 мальтийских, 3 савойских, галеры папы римского), 6 огромных венецианских галеасов, 12 больших испанских кораблей, а также около 100 транспортных судов. Численность их экипажей достигала 84 тысяч человек (в том числе 20 тысяч солдат, среди которых был и Мигель Сервантес де Сааведра, получивший три ранения в этом бою, а также его брат Родриго).


Венецианские боевые корабли


Галеас – буквально «большая галера»: судно, более длинное и широкое, чем галера, с более многочисленным экипажем, имевшее высокие борта и три мачты с косыми парусами. Вёсла на галеасе использовались, в основном, для маневрирования во время сражения. Галеасы уступали галерам в маневренности, но имели сильное артиллерийское вооружение. Следующим шагом этой эволюции (галера – галеас) стал галеон

Командовал этим огромным флотом сводный брат испанского короля Филиппа II дон Хуан Австрийский (внебрачный сын Карла V).


Juan de Austria, der Sieger von Lepanto. Портрет неизвестного художника, вторая половина XVI века

Адмиралом испанских кораблей был уже упоминавшийся нами Джованни Андреа Дориа, родственник знаменитого адмирала (это он потерпел поражение у острова Джерба, где он сражался против Пийале-паши и Тургута-реиса – смотр и статью «Ученики» Хайр-ад-Дина Барбароссы). Венецианскими судами командовал Себастьяно Веньер (самый пожилой из христианских адмиралов – ему было 75 лет), галерами папы римского – Марк Антонио Колонна.

В османском флоте было от 220 до 230 галер и 50-60 галиотов, на которых разместилось до 88 тысяч человек (в том числе около 16 тысяч в абордажных командах).

Капудан-пашой в то время был Али-паша Муэдзинзаде – ага янычар, человек, безусловно, храбрый, но, совершенно неопытный в морских делах, этот пост он получил после очередного мятежа своих подчинённых, сопутствовавшего восхождению на престол султана Селима II. Турецкий историк XVII века Мехмед Солак-заде Хамдеми так отозвался о нём:

«Он не видел ни одного морского сражения и не был осведомлён о науке пиратства».

Али-паша Муэдзинзаде шёл во главе кораблей центра (91 галера и 5 галиотов). Наместник Александрии Мехмет Сирокко (Сулик-паша), грек по происхождению, возглавил правый фланг (53 галеры и три галиота). Улудж-Али, бейлербей Алжира, командовал кораблями левого фланга (61 галера, три галиота) – в основном, это были суда берберийских корсаров. Помимо самого Улуджа, среди алжирских капитанов было ещё три европейца: Хассан из Венеции, француз Джафар и албанец Дали Мами.

В резерве османского флота были оставлены 5 галер и 25 галиотов.


Plan of the Battle of Lepanto

Сражение при Лепанто состоялось 7 октября 1571 года в Патрасском заливе, и флоты противостоящих сторон столкнулись там достаточно случайно: и османы, и европейцы не знали о движении противника. Европейцы первыми увидели мачты турецких кораблей, и первыми построились для боя. В центре шли 62 галеры Хуана Австрийского, впереди которых следовали мощные «плавучие крепости» – галеасы. Правым крылом (58 галер) командовал Дориа, левым (53 галеры) – венецианский адмирал Агостино Барбариго, который, судя по фамилии, был потомком принявших христианство арабов Северной Африки (не «венецианский мавр Отелло», конечно, но мог бы стать его «внуком» или правнуком» в новой трагедии Шекспира).


Агостино Барбариго, портрет работы одного из учеников Веронезе

Ещё 30 галер были оставлены в резерве, командовал ими маркиз Санта-Крус.

Турецкий флот двигался навстречу, выстроенный в линию.


Фернандо Бертелли. «Битва при Лепанто», фреска в Ватиканской Галерее карт, 1572 год

Исход боя был решен битвой центров, в которой командующие приняли личное участие.

Али-паша Муэдзинзаде был непревзойдённым лучником, испанский бастард Хуан – «мастером мечей» (прямо эльф Леголас против Арагорна), и флагманская галера христиан «Реал» сошлась в жестоком бою с османской «Султаной».


Современная реплика галеры «Реал», Морской музей, Барселона


Турецкая галера, построенная в начале XVII века – самая старая из сохранившихся до нашего времени. Морской музей, Стамбул

На помощь своим адмиралам бросились другие корабли – и победу, в конце концов, одержал «Арагорн». Дело в том, что на кораблях Священной лиги было больше солдат – в абордажном бою у османов не было шансов. Отрубленную голову Али-паши водрузили на шест, и это угнетающе подействовало на экипажи соседних турецких кораблей.


Антонио Бругада. «Морское сражение при Лепанто между Священной лигой и турками в 1571 году», Museu Maritim de Barcelona

На правом фланге османы имели все шансы победить: европейские капитаны, не имея лоцманов, держались подальше от берега, это позволило Мехмету Сирокко обойти их корабли, и атаковать с тыла. Османов опять подвело малое число солдат на кораблях – в завязавшихся абордажных схватках они были в меньшинстве и терпели поражение.


Османский флот, фрагмент картины Томмазо Долабелло (1632 год)

Во время сражения командовавший этой эскадрой Барбариго поднял забрало, и турецкая стрела попала в его глаз: от последствий этого ранения он умер через 2 дня. В его честь в разное время были названы три итальянских военных корабля.


Подводная лодка ВМФ Италии «Agostino Barbarigo», построена в 1938 году

Мехмет Сирокко также погиб в бою.

На левом фланге турецкого флота удачно действовали корабли Улуджа-Али. Знаменитый адмирал сумел отрезать эскадру Дориа от основных сил, потопил несколько вражеских галер и захватил флагманский корабль гроссмейстера госпитальеров. Затем, с 30 галерами, он кинулся на помощь капудан-паше, но бой в центре уже утихал: командующий был убит, османы потерпели поражение.

Улудж-Али достойно отступил, уведя с собой 40 галер. По пути в Константинополь, он нашёл в море и присоединил к своей эскадре ещё 47 бежавших с поля боя судов. Штандарт гроссмейстера Госпитальеров он подарил султану, который назначил его адмиралом турецкого флота и пожаловал титул «Кылыч» (Меч). Улудж добился строительства крупных судов по образцу венецианских галеасов, кроме того, предложил ставить на галеры более тяжелые орудия, а матросам выдавать огнестрельное оружие.


Венецианский галеас, участвовавший в сражении при Лепанто


Турецкий галеас (мавна) – комбинация венецианского галеаса и кога. Репродукция с турецкого манускрипта

Победа христианского флота была блестящей: были потоплены 107 турецких кораблей, захвачены – 117, взяты в плен около 15 тысяч османских матросов и солдат, освобождены 12 тысяч христиан-гребцов (еще около 10 тысяч христианских невольников погибли на утонувших турецких судах). Союзники потеряли 13 галер, от 7 до 8 тысяч убитыми, ранения получили около 8 тысяч человек.

Несмотря на поражение в этой грандиозной морской битве, победа в той войне осталась за Османской империей. Священная лига развалилась, Улудж-Али построил для султана новый флот, в 1573 году Венеция уступила туркам Кипр и выплатила контрибуцию в миллион дукатов.

Сражение при Лепанто смело можно сравнивать с битвой на Куликовском поле. С одной стороны, для победителей эти битвы практически не имели политического значения. Через два года после Лепанто Венеция подписала мир на османских условиях, и через два года после Куликовской битвы Тохтамыш сжёг Москву и добился возобновления выплаты дани в прежних размерах. От унизительных последствий этого поражения Москву избавил разгромивший Золотую Орду Тамерлан – об этом написано в статье «Железный Тимур. Часть 2».
Но в то же время эти победы оказали огромное влияние на моральное состояние населения Руси и стран католической Европы.

После сражения при Лепанто было написано множество стихов и поэм. Победе при Лепанто посвящены картины многих художников, в том числе два аллегорических полотна Тициана, написанных по заказу испанского короля Филиппа II.


Тициан. «Испания приходит на помощь религии». Музей Прадо, Мадрид


Тициан. «Филипп II после победы при Лепанто вручает Небу дона Фернандо». Музей Прадо, Мадрид

Папа Пий V стал инициатором введения нового католического праздника, который в 1573 году (уже при Григории XIII) получил название Девы Марии – Царицы Розария.

Впрочем, этой победе христианского флота тогда в Европе радовались не все. Посвящённая битве при Лепанто поэма шотландского короля-протестанта Якова (сын Марии Стюарт), написанная в 1591 году, вызвала взрыв возмущения на родине. Хуана Австрийского непримиримые лидеры протестантов назвали «иностранным папистским бастардом», а короля – «наёмным поэтом». Это уже потом, в ХХ веке, Честертон назовёт дона Хуана «Последним рыцарем Европы».

Но вернёмся к нашему герою – Улуджу-Али. В 1574 году он захватил Тунис и крепость Ла Голетту (Хальк-эль-Уэд), потерянные в 1535 г., а в 1584 году водил свои корабли к побережью Крыма.

Умер этот адмирал 21 июня 1587 года в Константинополе, и был похоронен в тюрбе (гробница-мавзолей) мечети Кылыч Али-паши.


Мечеть Кылыч Али-паши, Стамбул

Возможно, это покажется удивительным, но памятник этому османскому адмиралу стоит и на его родине, в итальянском городке Ла Кастелла:


Памятник Джованни Диониджи Галени — Кылыч Али-паше, La Castella, Calabria, Italy

В следующих статье мы продолжим рассказ о знаменитых исламских корсарах и адмиралах XVI столетия.
Источник ➝

Вынутый след

 

Когда я маленькой спешила на улицу после летнего дождя, бабушка всегда кричала вслед:

- По траве ходи. Не по земле!

Трава в деревне росла высокая, густая. Потяжелевшая от влаги, она липла к ногам, оставляя холодные влажные полосы. Кожа от её прикосновений нестерпимо зудела, сильнее чем от комариного укуса.

Мы с Таткой, моей подружкой, лишний раз в траву не совались. Нравилось нам местечко за соседним домом, где плотно утрамбованная земля не разлезалась даже после сильного дождя и следы наших резиновых сапожек ровными чёткими отпечатками оставались на ней.

Мы старались наставить побольше таких отметин, воображая при этом какую-то незатейливую детскую игру.

Но от зоркого бабушкиного взгляда невозможно было укрыться – как всегда неожиданно появлялась она от калитки с веником наперевес. Ругалась беззлобно, скорее с сожалением:

- Что за неслухи такие! Сказано же – грязь не месить! Вот теперь разравнивайте веником свое творчество. Живо!

И стояла рядышком, следила до того момента, как последний чёткий след исчезал под жёсткими прутьями. От наших возмущённых протестов она только отмахивалась и приговаривала:

- Резвее. Резвее работайте. Нечего топтаться было.

Позже, когда я немного подросла, бабушка объяснила, что след человека вроде отпечатка его души. Чем ровнее он, чем чётче – тем сильнее уязвим человек перед посторонним вмешательством. Навредить ему знающий может, да так, что не исправишь потом. Некоторые, кто колдовством промышляет, специально за детскими следами охотятся. Через них они силу себе забирают, продлевают жизнь.

Через вынутый след настоящие сильные колдуны много чего могут – и приворот сделать, и болячки наслать, и человека себе подчинить, и похуже что.

И в ответ на мой недоумённый взгляд, рассказала очередную историю.

В пору бабушкиного детства (а родилась она в начале прошлого века) между хуторскими поселениями у них в крае много пролегало необжитых земель. Поэтому принято было по возможности принимать проходящих-проезжающих у себя – кому-то помочь с ночлегом, кому-то с лошадями - накормить да краткий передых им предоставить, кому-то ещё по какой надобности подсобить.

В тот раз, о котором шла речь в бабушкиной истории, зашли к ним на хутор по пути на богомолье несколько странниц.

Все благообразные. Одежда не изношенная, насколько возможно - чистая. Но у каждой – физический изъян. Самой молодой труднее всех приходилось из-за усохших ног. Передвигалась она медленно, с опорой из двух крепких посохов.

Ребятня как водится крутилась рядышком. Приглядывалась к женщинам и прислушивалась к новостям, которыми они охотно делились с хуторянами.

Незаметно речь зашла о них самих. И самая младшая из странниц рассказала свою историю.

Имя у неё было удивительное – Павлина.

Родом происходила Павлина из казачьей станицы. По соседству с её семьёй жила одна бабка. Местные недолюбливали её и боялись, всё из-за тёмных обрядов, которые та проводила. Была у той колдовки манера наблюдать из-за плетня за играми детей. И вот раз приметила Павлина, что колдовка та крутится возле того места, где они недавно бегали. Крутится, приглядывается к чему-то на земле, рассматривает, пальцем трогает. Павлина – домой, и рассказывает об своим. Мать её подхватилась сразу, на улицу кинулась и прямо к старухе – замахала руками на неё, закричала. Бабка смолчала, повернула и пошла к себе, но перед тем на Павлину зыркнула. Да так, что у той сердце дёрнулось. В тот раз не вышло у колдовки поживиться. Но отомстила она Павлине. Стали у девочки сохнуть ноги. Постепенно тонкие и высушенные, как веточки сделались. Ходила она с трудом. Бегать так и вовсе не могла больше. Всё от того, что вынула соседка её след и присушила в печи. Возили родители ее в соседнее поселение к знахарке, но та ничего не смогла сделать.

- Раньше надо было привозить, - сказала. – Пока след в печи сушился, можно было попробовать его забрать. А теперь уж поздно, ничего не изменить.

Повзрослев, Павлина прибилась к странницам и надеялась в святых местах получить избавление от напасти.

Ещё рассказывала бабушка, что в войну довелось ей повстречать одну знающую женщину. К ней многие тогда обращались – за советом, за помощью. Кто-то о судьбе близких хотел узнать, и она смотрела – где они, что с ними. Для этого наполняла миску водой и ставила перед человеком. Велела не оглядываться и молчать. Только смотреть. А сама позади держалась и нашёптывала что-то. И в воде через некоторое время показывалась картинка – кусочек из жизни, на котором можно было увидеть родственников своих.

Никому эта знахарка не отказывала и плату не брала. Говорила, что грех на ней, поэтому должна помогать людям просто так.

Постепенно сплотился вокруг неё своеобразный кружок – собирались женщины поговорить, посоветоваться, поучиться простым рецептам – настои и да травяные сборы готовить. И одна из них стала знахарке в подруги набиваться да между делом расспрашивать об обрядах разных магических и их действии.

Уединялись они. Разговаривали подолгу. А через время явилась эта женщина к знахарке и при всех заявила, что теперь она самая главная здесь станет.

- А тебе недолго осталось я след твой высушила и закопала. Ко мне теперь пойдут просители, я выгоду не упущу!

Вот только угрозы пустыми оказались. Вышел от них один пшик. А тётка та со злости скажённая сделалась. Отвернулись от неё люди.

Знахарка потом объяснила бабушке, что след остывший был да правильных слов тётка не знала, поэтому не вышло ничего.

Чтобы вынутый след «сработал», нужно, чтобы он свежий был. И желательно целым куском из земли вырезанный. Это обязательное условие, которое мало кто выполняет. А сушить его следует сразу же в печной трубе. При этом сильное желание нужно, чтобы сбылось задуманное. Вера. Ну и слова наговорные – без них не получится ничего. Они вроде ключа – пропуска для хотенья. Если хоть что-то не соблюдается – без толку все попытки.

Да только слова эти наговорные особо посвящённым ведомы.

Просто так делиться ими нельзя, огромная опасность в них таится.

Не каждый с их силой справится.

Наверное, это и к лучшему.

*картина Игоря Майкова

Случай в Московской области.Неизвестное рядом с нами.

Подмосковье.
Подмосковье.

Хочу поделится с вами двумя историями,которые произошли лично со мной. . ..... Моему сыну было 5 лет и вдруг он начал заикаться резко. И сильно .Пошли к районному логопеду.Ох и Ах ,заикание сильной степени .Ставлю вас на учёт и даю направление в институт Слуха и Речи.Был август месяц ,а на приём в этот институт нас записали аж на декабрь месяц! И вот проездом приезжают к нам знакомые знакомых, ехали из Курска к себе домой в Харьков через Москву и попросились у нас пару дней погостить ,дочке Москву показатьЯ сначала психанула,типа того ,что у нас тут не отель.

Ну потом согласилась.Приехали ,познакомились и ребята оказались отличные .И вот слово за слово ,увидели они этот заикающийся ужас.А это был уже реально ужас,ребёнок и двух слов связать не мог.И говорит этот гость ,берите билет и чешите срочно в Курск,вернее под Курск ,в одну деревеньку,а там к бабе Кате.Денег она не берет,но продукты питания и водочку с удовольствием пребольшим.Только они уехали,я купила билет ,сына в охапку и в Курск.Там нас встретил брат этого нового знакомого и отвёз в деревню к бабе Кате.Такая простая деревенская бабка,кстати в церкви свечи продавала.Посмотрела она на него и говорит ,на три зорьки тут всего-то делов.(по нашему г.... вопрос).Живем день,она воск на воду льёт,чего-то шепчет (сын заикается),второй день льёт и шепчет(сын заикается),третий день то же самое ,а ребёнок заикается .Через три дня приехал брат на машине ,попрощались и в Москву.Ночью в поезде спали ,утром на вокзале муж встречает ,ну и спрашивает конечно ,как и чего.Я говорю ничего не помогло(сын молчит),сели в машину и муж спрашивает у него ,ну ты хоть расскажи ,как в Курске и сын ему отвечает ,четко,раздельно и блин,без всякого заикания !!!Я плакала !! .........В сентябре перед школой ,я решила ребёнка в садик определить и пошли мед.комиссию проходить и пришли к логопеду.Она с ним поговорила и шлеп в обменную карту свою печать,типа здоров.А я ей говорю,а с учета снимите теперь??Врач растерялась и я ей рассказала всю историю. И в итоге врач нас с учета сняла ,а адрес бабы Кати взяла себе 👍😂. ..... И ещё одна история . .. ......... У нас 5 лет назад умер родственник,не близкий,но и не далекий.Это я к тому,что на кладбище ездили редко,только на памятные даты.И вот прям перед нашей самоизоляцией поехали на кладбище,а вдова его неделю назад там была.Убралась немного ,вазочку помыла,цветочки новые поставила.И через неделю мы все вместе приехали.Цветочки за неделю подвяли,а мы новые привезли.Взяла я в руки вазочку ,а она тяжеленная.А вдове говорю,что это за ваза у тебя такая ,с виду нормальная ,а так неподъёмная.Посмотрели и обалдели,ваза полная 10 рублевых монет.Вдова отказывается от всего,не я мол и все,чего ,говорит ,я дура совсем что ли деньги на кладбище тащить,я пенсионерка между прочим.Тут иногда на хлеб не хватает 🤷‍♀️🤷‍♀️. ...Потом посмотрели ,а в цветнике тоже лежат монеты :три ряда по десять штук десятирублевых монет.Тут мы совсем руками развели.Кто и зачем??И главное чего с деньгами то делать.С собой домой побоялись брать,хотя наши храбрые мужчины предлагали денежки взять и пропить,но страшно.И оставить там тоже страшно .Вообщем вот такой загадочный случай.Мы решили,что это кто-то обряд какой то делал.А почему на чужой могиле?Никто не слышал ничего подобного?

Картина дня

))}
Loading...
наверх